Журкина Людмила Михайловна


Интервью с Людмилой Михайловной Журкиной, 1931 г. рождения, записала ученица Пущинской школы № 3 Глухова Алеся.

“С детства я проживаю в селе Липицы Серпуховского района. И в тот день, 22 июня, по радио передавали, что в 12 .00 будут сообщать важное правительственное сообщение. В нем было объявлено, что фашистская Германия напала на Советский Союз.

Все женщины стали собирать вещи, продукты для своих мужей, которые, забрав мешки со всем этим, отправлялись в военкомат. Мой отец был инвалидом еще первой мировой войны, поэтому он не был призван в армию, а вот старшего брата призвали. Он служил на границе южнее Бреста, был ранен в первые же дни фронтовой жизни, попал к немцам в плен и пробыл там с 1941 по 1945 год. Мы получили извещение о том, что он пропал без вести и до осени 1945 года ничего о нем не знали. А осенью 1945 года он вернулся домой.

Вообще нас в семье было пятеро: один брат и четыре сестры. Я училась в третьем классе. И мы, дети, стразу почувствовали, какое горе несет война людям, потому что все женщины, и молодые, и пожилые плакали, провожая мужчин на фронт. Из нас, из детей, труднее всего было старшей сестре Зое. У нее был маленький ребенок. А муж до войны учился в Ленинградской военной академии, и как только началась война, был отправлен на Карельский фронт. В одном из своих писем, Анатолий (так его звали), писал: ”Сегодня смерть цеплялась за полы моей шинели, но мысль о тебе и дочери давала мне силы двигаться дальше. А ведь движение – это, прежде всего, жизнь. Вы спасли меня”. Письма эти целы и сейчас, хранятся у его дочери. Самая младшая сестра Алла была так напугана бомбежками, что полгода вообще не говорила.

В Липицах был военный аэродром, и летчики (уже не помню какой дивизии), вступали в неравный бой с фашистами. И в июле 1941 года два немецких бомбардировщика, прорвав оборону, летели бомбить Москву. Наши летчики стали их преследовать, и немцы повернули назад, но удирать с бомбами им было тяжело, и они стали сбрасывать бомбы. Это была первая бомбежка. И на утро все стали копать бомбоубежища, основная тяжесть работ пала на женские плечи, т. к. из мужчин остались только инвалиды, старики и дети. После этого бомбежки стали чаще повторяться. Но, как ни странно, никакой паники не было, вероятно, потому, что люди были подготовлены к войне и ее последствиям. Женщины продолжали трудиться в колхозе, несмотря ни на что. “Была ты и ткахой, и пряхой. Умела иглой и пилой”, – так говорили о женщинах военного времени. Женщин посылали копать противотанковые рвы, траншеи, ставить доты. В Лужках, что за Окой, женщины рубили лес для блиндажей. Отправляли на передовые для укрепления.

…Моя мама была учительница и член партии, секретарь партийной организации, если точнее. И вот через нее нам было сообщено, что мы должны поскорее уехать из Липиц. И в октябре 1941 года наша семья эвакуировалась в Саратовскую область. Из Липиц до Казани в холодную дождливую осень мы ехали на лошади. По пути следования нам оказывалась помощь, как и всем эвакуированным. Вечером, когда мы подъезжали к сельсовету какого–нибудь села или деревни, там уже ждали нас дежурные, которые провожали в дома для ночлега. Хозяева домов принимали с добром и сочувствием, оказывая всякую посильную помощь: истопить печь, сварить картошку, — словом делились всем, что у них самих было. В избу приносили свежую солому, стелили на полу, и все укладывались спать. Всех объединяло одно общее горе, а разговоры были только о том, как тяжело солдатам на фронте, где были и мужья, и сыновья. Все мы очень беспокоились о них.

В Рязани эвакуированных сажали на пароход на Оке, он был настолько перегружен, что вода заплескивала на палубу. В Горьком была пересадка, и нас по Волге доставили в Саратов. Там мы были направлены в Немецкое Поволжье, где жили переселившиеся еще при Екатерине II немцы. Правительство в связи с войной было вынуждено переселить немцев на Алтай, в Казахстан и в другие места. Огромные села остались пустыми. Как сейчас помню: как ревели недоенные коровы, кричали куры и т.п. Эвакуированные люди сразу включились в работу. И все, что мы делали, мы делали во имя победы, все думали о фронте, о солдатах. Трудились вместе русские, украинцы, белорусы, евреи. И никогда не было разговоров о национальностях, все были едины.

В эвакуации начали работать школы, но ни тетрадей, ни учебников не было, писали на газетах и старых книгах, но с уроков никто не убегал. Есть хотелось постоянно и очень сильно, т.к. ни у кого ничего лишнего не было. Главным было услышать сводку новостей о военных действиях на фронте. Зимой 1941 года, помню, мама принесла газету «Правда» и сказала: »Читайте!» Был очерк «Таня» о Зое Космодемьянской. В очерке говорилось о подвиге комсомолки Тани и только потом узнали ее настоящее имя. До сих пор помню ее фотографию, где она лежит замороженная, в изорванной рубашке.

В 1943 году, когда шли бои под Сталинградом, мы чувствовали, как гудела земля. И в сводках, и в газетах писали о наших солдатах, которые так храбро сражались за Родину. И мы видели, что каждый солдат, прежде всего, думал о жене, детях, в общем, о Родине. Родина и для солдата, и для ребенка была одна, и думали прежде всего о ней. Я помню, что мальчишкам хотелось на фронт, но кроме учебы, им приходилось помогать взрослым, работать не меньше, чем они.

Из эвакуации мы вернулись в1943 году. Кроме уроков в школе, помогали родителям, убирали картошку, собирали колоски, старались, как могли, помочь раненным. Однажды, собрали муку, купили на рынке сахар и испекли лепешки. Взяв их, мы пешком, через старый мост, пошли к госпиталю Семашко в Серпухове. Там мы выступали перед раненными, и они с удовольствием слушали, ведь у каждого из них где–то были дорогие и близкие ему люди. Не только ученики школ приходили в госпиталь. Приходили работницы фабрик, заводов, с той целью, чтобы солдаты знали, что их любят, помнят и ждут. Вся страна, весь тыл были со своими солдатами, и только в таком единении мы могли завоевать Победу.

Материал прислала к.ф.н. Любовь Наумовна Краснопольская, работавшая в 2001 г. с группой учеников школы № 3 г. Пущино (Московская обл.) над проектом «Великая беда. Дни войны в памяти детей и подростков военного времени: 1941 –1945», который заключался в сборе воспоминаний жителей города Пущино о войне. Работа получила специальный приз на всероссийском конкурсе «Человек в истории. Россия, XX век».

 

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.